?

Log in

Which books will you certainly read to your children, nieces, nephews or godchildren?
Много бы чего хотела бы им почитать в кресле у камина....Прежде всего моего любимого И.А. Булгакова "Собачье сердце" и "Мастера и Маргариту". Но это вызывает другой вопрос. Если они маленькие, то "Алису...." Кэрролла и наших детских классиков Маршака (который был еще не испорчен Советской властью), Льва Николаевича Толстого о его детстве, отрочестве и юности ( где за душу щемит эпизод о братстве "муравьиных братьев"). Вот написала и подумала, что, если, кто это прочитает, приговор будет однозначный... - полный отстой... А жаль...
Что, из существующего сегодня, казалось Вам невероятным 10 лет назад?
Вы собираете информацию для своей диссертации? Или как? Просто захотелось найти подтверждение своим мыслям? Или открыть для себя очередную Америку? Вам ответили 262 раза. Довольны? Я не жлобствую, просто думаю, а для чего задаются такие "вумные" вопросы? Для статистики? Или просто делать нечего.... 10 лет - это ничто...Взяли бы период, хотя бы лет 40... Но те люди, которые могли бы вам ответить, наверняка "иных уж нет, а те далече"... А если живы, то с сетью не дружат... большинство.. Пардон, если, что не так....
Which books will you certainly read to your children, nieces, nephews or godchildren?

Существует ли мода на наркотики?

 Я просто удивлена этим вопросом. Это говорит( для меня разумеется), что человек, спрашивающий об этом, настолько зависим от чужих мнений, что просто страшно, он что, не может для себя сам ничего решить?  Ну и прись, куда тебя эта мода позовет... Флаг тебе в руки...Хотя людей жалко... пропадают человеки... вот такие бесхребетные...
Should people who are sentenced to life in prison be allowed the death penalty as an option, and why?

Если у осужденного руки по локоть в крови невинно убиенных, то не имеет никакого права что-либо выбирать, он должен сидеть(или что они там делают), читать Библию и пусть во сне к нему приходят его жертвы и стоят около него и молча на него смотрят. И так до конца его жизни.

проба пера

Ностальгия по юности - штука опасная и прекрасная одновременно.


Это было так давно, что многое уже стало забываться. К одному из самых ярких моментов своей жизни я отношу короткую жизнь в студенческой общаге одного почтенного университета, где я училась на филологическом факультете. Окончив среднюю школу, в заштатном, как сейчас говорят, городе Задрючинске, я хотела продолжить свое образование именно в университете, потому как тогда их в СССРе было мало, а уж почтенных вообще по пальцам можно было пересчитать. Собрав оставшиеся мозги в кучу, после десятилетнего мучения в школе и лихо отмеченного выпускного бала, я подумала, что МГУ, равно как и ЛГУ мне не потянуть (там своих "талантов" до черта) я остановила свой выбор на славном городе Казани. Университет по всем параметрам почтенный, со славной историей, с громкими именами преподавателей и потом....там же учился дедушка Ленин, не говоря уже о Толстом и прочей мелочи....А я была комсомолка, спорстменка, активистка, насчет красоты, как-то смутно помню, но знаю точно одно, в семнадцать лет некрасивых просто не бывает, так что еще и красавица. Поступила я не с первого раза, не понравилась то, что я не той национальности, которой требовалось по квоте. Но в конце концов поступила. Так что вперед, под сень филологических наук, почти что рядом со Львом Николаивичем.
Жила я в одной комнате с девчонками с мехмата и геофака, ну так случилось, хотя бытовало мнение, что математички, по идее, должны быть "синими чулками" и вести абсолютно высокоморальный образ жизни, и при это, все, без исключения биться над разрешением мировой загадки - найти ключ к решению этой долбанной теоремы Ферма и больше ни о чем и мечтать. Но надо сказать, что моим соседкам по комнате ничто человеческое не было чуждо, и жили мы дружно, не чурались модной поэзии, бредили Ахмадуллиной, Евтушенко, Вознесенским, устраивали студенческие вечеринки с мальчиками из соседних ВУЗов,(особенно у нас котировались КАИсты), обжимались на заплеванных лестницах общаги, вообщем все было тип-топ. Но не обходилось без некоторых шероховатостей. Ну, не бывает, чтобы было все идеально. Но не об этом речь.
Кухня и душ на этаже были общие, душ, не помню функционировал ли вообще ( туда страшно было заходить), из кухни вечно несло запахом жареной мойвы, хоть противогаз надевай. Но наша комната отличалась тем, что мы, скудные по финансам студенческие времена особенно не голодали. Что-то присылали из дома, что-то мы добывали в магазинах. И изобретательный женский ум пытался на ужин или на воскресный обед из с трудом добытого какого-нибудь советского г..на сварганить конфетку. И из нашей комнаты вечно доносились вкусные запахи, на которые, как мухи, слетались голодные мальчишки со всех факультетов и вообще какие-то личности, которых мы в глаза в университете не видели. Однажды в обмен на приготовленную жратву нам предложили утюг, который был спущен на веревке с четвертого этажа в открытое окно с запиской:"Девчонки, вам утюг не нужен? А то лопать очень хочется.... Меняемся?"

Вообще,студенческая общага - это Ноев ковчег, где не только каждой твари по паре, а какой-то вселенский шалман всех времен и народов. Кого там только не было, какие разговоры не велись, сколько родилось законнорожденных и незаконнородженных детей, и куда они потом делись, одному Богу известно. Но при всем при этом витал дух хоть маленькой, но свободы( не взирая на советские времена и строгих вахтеров-отставников) дух таланта, раскрепощенности и ослепительной телячей восторженной уверенности в том, что ты молод, прекрасен, и это будет всегда.
Однажды, наканетелевшись на общей кухне, переругавшись в пух и прах из-за того, как приготовить повкуснее с трудом купленный на рынке кусок мяса, из-за которого пришлось пускть слезу перед мясником одной и обещать свидание ему другой, чтобы продал подешевле, мы вчетвером сели за стол. По случаю воскресенья на стол была поставлена бутылка портвы под всем известным названием "777". (Привет тебе, Венечка Ерофеев). И вот слюны полон рот и мы, разлив по граненным стакан винишко, уже тыкаем вилками в это многострадальное мясо, как вдруг открывается дверь ( естественно, забыли ее запереть, хотя клялись, что, когда будем лопать, дверь должна быть заперта, потому что были преценденты, когда приходилось доедать крохи после непрошенных гостей) и появляется лохматый парень с гитарой в руках. Он, помахав ручкой, ни слова не говоря, берет свободный стул и садится недалеко от двери в комнату. Мы с вилками в руках застыли, разинув рты. Парень ставит гитару себе на колени и начинает перебирать струны медленно, печально и очень красиво. Никто ничего не может и не хочет говорить, потому как играет он волшебно. Проходит минуты три. И он начинает петь. Забегая вперед, хочу сказать, что я запомнила эту песню с одного раза, больше мы этого мальчика никогда не видели, откуда он взялся и куда делся, никто не знает. Я приведу слова, как я их запомнила, жаль только, что не могу напеть их вместе с мелодией, формат не позволяет...

Город весь, словно войлочныйем, что постыло и грубо
Будут губы...
Будут жечь, будут ластиться,

Ночь губами, губами окрасится
\ Ночь прижмется земно и сутуло
К спинке стула
Там, где наша одежда
Лежит, как надежда
Земно, невесомо и нежно.

Не молчи, обними меня,
Зашепчи прежним именем...
Будь любой, будь судьбой
Или адом, только рядом...

И тогда лучше кануть,
Как в омут, как камень,
Всплеснув на прощанье руками...

Жизнь несет по обочинам...
Вот и все, вот и кончено.
И в белесых рассветных раструбах
Гаснут губы....



Когда он закончил петь и перебирать струны гитары, обнаружилось, что на нас напал столбняк, мы так и сидели с вилками в руках, выпучив на него повлажневшие глаза. Первой опомнилась Ланка, наша царственная геологиня, Она вскочила, достала чистую тарелку, навалила туда с трудом доставшееся нам мясо, налила стакан портвы и сказала парню:"Налетай!" Он поставил гитару к стене, пробормотав: "Да я вообще-то не для этого..." Но за стол сел, и уже с набитым ртом, спросил: " Ну, чо, как, песня-то.... я думал, кому показать.... я знаю, вы смеятся не будете..." И сметелил все мясо за милую душу. Мы, как завороженные, просто смотрели на него, не говоря ничего.
Он поел, потоптавшись, взял гитару и сказал: "Ну, значит, понравилась....спасибо, девчонки, " - и ушел.
Когда за ним закрылась дверь, нас прорвало. Кинулись вдогонку, а его и след простыл. Как его звали, откуда он появился и куда ушел, мы так и не узнали, и вообще никогда его больше не видели.
И эту песню, прожив нас свете уже много лет, я не слышала ни от кого: ни с голубых экранов, ни на приватных вечеринках. Может она известна в каких-то кругах, автора стихов и мелодии кто-нибудь знает, я же об этом ничего сказать не могу. Но она со мной все эти годы. Ничего искренней, нежнее, отчаянее о любви я не слышала, конечно, если абстрагироваться от мировой, всеми признанной гениальной любовной лирики. А просто принять во внимание, что эту песню я услышала в семнадцать лет от неизвестного мне лохматого парня из студенческой общаги.
P.S. А потом, уже после появления всемирной паутины, я, покопавшись в Интернете, нашла автора этой песни. Им оказался Вадим Егоров, и, как выяснилось, запомнила я текст не полностью, совсем чуть- чуть выпало из памяти. И теперь я мучаюсь глупым вопросом, а вдруг это он и был? Может его, Вадима Егорова каким-то ветром занесло в Казань? Хотя вряд ли... А очень бы зотелось верить.






Это было так давно, что многое уже стало забываться. К одному из самых ярких моментов своей жизни я отношу короткую жизнь в студенческой общаге одного почтенного университета, где я училась на филологическом факультете. Окончив среднюю школу, в заштатном, как сейчас говорят, городе Задрючинске, я хотела продолжить свое образование именно в университете, потому как тогда их в СССРе было мало, а уж почтенных вообще по пальцам можно было пересчитать. Собрав оставшиеся мозги в кучу, после десятилетнего мучения в школе и лихо отмеченного выпускного бала, я подумала, что МГУ, равно как и ЛГУ мне не потянуть (там своих "талантов" до черта) я остановила свой выбор на славном городе Казани. Университет по всем параметрам почтенный, со славной историей, с громкими именами преподавателей и потом....там же учился дедушка Ленин, не говоря уже о Толстом и прочей мелочи....А я была комсомолка, спорстменка, активистка, насчет красоты, как-то смутно помню, но знаю точно одно, в семнадцать лет некрасивых просто не бывает, так что еще и красавица. Поступила я не с первого раза, не понравилась то, что я не той национальности, которой требовалось по квоте. Но в конце концов поступила. Так что вперед, под сень филологических наук, почти что рядом со Львом Николаивичем.
Жила я в одной комнате с девчонками с мехмата и геофака, ну так случилось, хотя бытовало мнение, что математички, по идее, должны быть "синими чулками" и вести абсолютно высокоморальный образ жизни, и при это, все, без исключения биться над разрешением мировой загадки - найти ключ к решению этой долбанной теоремы Ферма и больше ни о чем и мечтать. Но надо сказать, что моим соседкам по комнате ничто человеческое не было чуждо, и жили мы дружно, не чурались модной поэзии, бредили Ахмадуллиной, Евтушенко, Вознесенским, устраивали студенческие вечеринки с мальчиками из соседних ВУЗов,(особенно у нас котировались КАИсты), обжимались на заплеванных лестницах общаги, вообщем все было тип-топ. Но не обходилось без некоторых шероховатостей. Ну, не бывает, чтобы было все идеально. Но не об этом речь.
Кухня и душ на этаже были общие, душ, не помню функционировал ли вообще ( туда страшно было заходить), из кухни вечно несло запахом жареной мойвы, хоть противогаз надевай. Но наша комната отличалась тем, что мы, скудные по финансам студенческие времена особенно не голодали. Что-то присылали из дома, что-то мы добывали в магазинах. И изобретательный женский ум пытался на ужин или на воскресный обед из с трудом добытого какого-нибудь советского г..на сварганить конфетку. И из нашей комнаты вечно доносились вкусные запахи, на которые, как мухи, слетались голодные мальчишки со всех факультетов и вообще какие-то личности, которых мы в глаза в университете не видели. Однажды в обмен на приготовленную жратву нам предложили утюг, который был спущен на веревке с четвертого этажа в открытое окно с запиской:"Девчонки, вам утюг не нужен? А то лопать очень хочется.... Меняемся?"

Вообще,студенческая общага - это Ноев ковчег, где не только каждой твари по паре, а какой-то вселенский шалман всех времен и народов. Кого там только не было, какие разговоры не велись, сколько родилось законнорожденных и незаконнородженных детей, и куда они потом делись, одному Богу известно. Но при всем при этом витал дух хоть маленькой, но свободы( не взирая на советские времена и строгих вахтеров-отставников) дух таланта, раскрепощенности и ослепительной телячей восторженной уверенности в том, что ты молод, прекрасен, и это будет всегда.
Однажды, наканетелевшись на общей кухне, переругавшись в пух и прах из-за того, как приготовить повкуснее с трудом купленный на рынке кусок мяса, из-за которого пришлось пускть слезу перед мясником одной и обещать свидание ему другой, чтобы продал подешевле, мы вчетвером сели за стол. По случаю воскресенья на стол была поставлена бутылка портвы под всем известным названием "777". (Привет тебе, Венечка Ерофеев). И вот слюны полон рот и мы, разлив по граненным стакан винишко, уже тыкаем вилками в это многострадальное мясо, как вдруг открывается дверь ( естественно, забыли ее запереть, хотя клялись, что, когда будем лопать, дверь должна быть заперта, потому что были преценденты, когда приходилось доедать крохи после непрошенных гостей) и появляется лохматый парень с гитарой в руках. Он, помахав ручкой, ни слова не говоря, берет свободный стул и садится недалеко от двери в комнату. Мы с вилками в руках застыли, разинув рты. Парень ставит гитару себе на колени и начинает перебирать струны медленно, печально и очень красиво. Никто ничего не может и не хочет говорить, потому как играет он волшебно. Проходит минуты три. И он начинает петь. Забегая вперед, хочу сказать, что я запомнила эту песню с одного раза, больше мы этого мальчика никогда не видели, откуда он взялся и куда делся, никто не знает. Я приведу слова, как я их запомнила, жаль только, что не могу напеть их вместе с мелодией, формат не позволяет...

Город весь, словно войлочныйем, что постыло и грубо
Будут губы...
Будут жечь, будут ластиться,

Ночь губами, губами окрасится
\ Ночь прижмется земно и сутуло
К спинке стула
Там, где наша одежда
Лежит, как надежда
Земно, невесомо и нежно.

Не молчи, обними меня,
Зашепчи прежним именем...
Будь любой, будь судьбой
Или адом, только рядом...

И тогда лучше кануть,
Как в омут, как камень,
Всплеснув на прощанье руками...

Жизнь несет по обочинам...
Вот и все, вот и кончено.
И в белесых рассветных раструбах
Гаснут губы....



Когда он закончил петь и перебирать струны гитары, обнаружилось, что на нас напал столбняк, мы так и сидели с вилками в руках, выпучив на него повлажневшие глаза. Первой опомнилась Ланка, наша царственная геологиня, Она вскочила, достала чистую тарелку, навалила туда с трудом доставшееся нам мясо, налила стакан портвы и сказала парню:"Налетай!" Он поставил гитару к стене, пробормотав: "Да я вообще-то не для этого..." Но за стол сел, и уже с набитым ртом, спросил: " Ну, чо, как, песня-то.... я думал, кому показать.... я знаю, вы смеятся не будете..." И сметелил все мясо за милую душу. Мы, как завороженные, просто смотрели на него, не говоря ничего.
Он поел, потоптавшись, взял гитару и сказал: "Ну, значит, понравилась....спасибо, девчонки, " - и ушел.
Когда за ним закрылась дверь, нас прорвало. Кинулись вдогонку, а его и след простыл. Как его звали, откуда он появился и куда ушел, мы так и не узнали, и вообще никогда его больше не видели.
И эту песню, прожив нас свете уже много лет, я не слышала ни от кого: ни с голубых экранов, ни на приватных вечеринках. Может она известна в каких-то кругах, автора стихов и мелодии кто-нибудь знает, я же об этом ничего сказать не могу. Но она со мной все эти годы. Ничего искренней, нежнее, отчаянее о любви я не слышала, конечно, если абстрагироваться от мировой, всеми признанной гениальной любовной лирики. А просто принять во внимание, что эту песню я услышала в семнадцать лет от неизвестного мне лохматого парня из студенческой общаги.
P.S. А потом, уже после появления всемирной паутины, я, покопавшись в Интернете, нашла автора этой песни. Им оказался Вадим Егоров, и, как выяснилось, запомнила я текст не полностью, совсем чуть- чуть выпало из памяти. И теперь я мучаюсь глупым вопросом, а вдруг это он и был? Может его, Вадима Егорова каким-то ветром занесло в Казань? Хотя вряд ли... А очень бы зотелось верить.


.
. .

привет

Это я на случай, что вдруг кто-то будет читать мою писанину. Как уже ясно, я не только новенькая, но я еще не представляю, как это выглядет вообще - этот ЖЖ, Сын меня сюда впихнул, сказав, мать, тут тебе будет интересно. Ну, что ж посмотрим...